Предлагаем вашему вниманию уникальные издания: сборники «Новгородская земля в эпоху социальных потрясений»

Они представляют собой собрание документов из фондов Государственного архива новейшей истории Новгородской области, не публиковавшиеся ранее и не доступные прежде исследователям.
Среди них: стенограммы беспартийных крестьянских конференций, информационные доклады партийных органов, политические сводки ОГПУ, доносы, заявления о выходе из Коммунистической партии, жалобы, закрытые письма руководителей различных политических структур. Многие документы помечены грифом "совершенно секретно".
Заметное место среди документов и материалов занимают отклики жителей Новгородской области на наиболее значимые общественно-политические и экономические события в жизни СССР. Среди них снижение коммерческих и повышение пайковых цен, смерть И.В. Сталина и смещение Л.П. Берии в 1953 г., кампания по разоблачению культа личности в 1956 г. В сборнике, охватывающем документы за период 1941-1945 гг. отражаются взгляды населения к мероприятиям военного времени, дана оценка ими военных действий, хода эвакуации, распределения материальных благ.

Эти документы как зеркало отображают весь спектр массовых настроений самых различных социальных слоёв населения в разные годы Советской России: в период упрочения нового политического режима(1918-1930), в годы Великой Отечественной войны (1945-1946) и послевоенные годы (1946-1953).

Несмотря на то, что содержание этих книг носит документальный характер, читать их очень увлекательно. И некоторые документы, вошедшие в сборники, мы предлагаем вашему вниманию.

Из доклада особоуполномоченного Новгородской губернской чрезвычайной комиссии В.Штейна и следователя комиссии Ветошкина коллегии Новгубчека о командировке в Старую Руссу для проверки обвинений коммунистов

Не ранее 1 сентября 1919 г.

"Прибыв в город Старую Руссу вечером 31-го августа, мы решили приступить к следствию 1 сентября. Первым нами был допрошен тов[арищ] Пикалев, председатель Старорусского отдела чрезвычайной комиссии, который своими показаниями нам дал руководящие нити. Выяснить определенно виновность каждого лица не удалось, ввиду отсутствия некоторых лиц. Но все-таки факт попойки установлен. Вполне определилась виновность заведующего уголовным розыском тов[арища] Петрова, который, по своему признанию и показаниям свидетелей, приказал взять одно ведро пива и принести в отделение уголовного розыска, которое и было выпито.

Относительно попойки в гостинице «Париж» удалось установить лишь, кто присутствовал и что пиво было привезено.

Показаниями свидетельницы Сороки ясно указывается, что привезен был бидон с пивом, завернутый в холщовый мешок, и принесен в гостиницу. Служащий гостиницы Павел Спиридонов подтверждает: «Я видел, как привезли бидон, завернутый в холщовый мешок и взяли комнату, где сидели». На первый взгляд, конечно, это не представляет серьезного доказательства попойки. Но, взглянув на следствие, дальше мы увидим следующее: извозчик № 75 говорит : «Я отвез бидон в помещение, бывшее пивной, «Богемия» (где было обнаружено пиво), причем мне сказали, что поедем обратно». Возможно, что с этим бидоном приезжали за пивом, и может быть, какое-нибудь обстоятельство помешало исполнить (например, сообщение по телефону об инциденте, разыгравшемся в это время в гостинице «Париж»). Кроме того, заведующий столовой при гост[инице] «Париж» Сигналов прямо указывает, «некоторые лица были выпивши».

Из показаний присутствующих выяснилось, что в это время в гостинице «Париж» находились следующие лица: товарищ председатель Старорусского исполкома Елпаков, начальник гарнизона Фоминский, комиссар продовольствия Куничев, председатель революционного трибунала 10-й дивизии Лямбе, представитель особого отдела 10-й дивизии Батраков, председатель комитета партии Яндалов, заведующий отделом внутреннего управления Семенов, Федоров, заведующий земельным отделом Ивановский, секретарь Старорусского исполкома Соловьев, политический комиссар дороги Бресловский, Кузьмин и Зайцев.

Из всех из показаний вытекает, что цель посещения их различна, хотя время одно и то же. Например, тов[арищ] Cеменов говорит, что он получил приглашение в гостиницу «Париж» на «заседание секретного характера», Соловьев – «получил приглашение на товарищеский обед». Некоторые пришли «совершенно случайно», а начальник гарнизона Фоминский – «узнав, что в гостинице «Париж» происходит пьянство коммунистов – поехал принять меры пресечения» (хотя сам находился в той же компании). Характерны показания и в отношении места пребывания в гостинице. Некоторые показывают, что трое были в беседке, остальные в комнате, некоторые, наоборот, говорят, что все были в беседке и т.д. В общем, во всех показаниях такой кавардак, что разобраться очень трудно. Но, однако, несомненно, что вся эта теплая компания вновь пробовала качество пива не только в отделении уголовного розыска, но и в других местах, как напр[имер], в гостинице “Париж». Это доказывает ничем неопровержимое доказательство – «утеря двух бочек пива».

В протоколе обыска указано: «обнаружено 17 бочек пива, по 20 ведер каждая», это подтверждают свидетели Громов, Орлов и обвиняемый Петров, которые в один голос говорят: «17 бочек с пивом». Акт же приема чрезвычайной комиссией от 25 августа и акт приема отделом народного здравия говорят совершенно другое. В них сказано: «При принятии оказалось 15 бочек, из них 13 полных, закупоренных и 2 неполных». Куда же девались ещё 2 бочки? 23-го августа найдено 17, а сдано 15. Не может быть, чтобы за двое суток могли высохнуть две бочки. Никакого разгрома склада обывателями не было. Следовательно, эти две бочки выпиты вышеназванной теплой компанией."



Следователь Ветошкин
Особоуполномоченный Новгубчека Штейн


Материал подготовила Подлесных М.И.